Во время приездов в Петербург поэт общался с друзьями своей юности, посещал излюбленные места.
И здесь, в Петербурге, III отделение следило за каждым шагом Пушкина. Но ничего крамольного в его поведении жандармы найти не могли, и бдительный помощник Бенкендорфа фон Фок в донесениях своему шефу вынужден был давать успокоительные отзывы о своем поднадзорном. Тем не менее над головою поэта «снова тучи… собралися»:
Как в Москве, так и в Петербурге Пушкин был желанным гостем всех салонов, которым не был чужд интерес к литературе. Поэт возобновил свои посещения салона вдовы Н. М. Карамзина — Е. А. Карамзиной. Этот салон посещали, помимо Пушкина, Жуковский, Вяземский, А. И. Тургенев — люди, которые были прежде связаны с «Арзамасом». В салоне Е. А. Карамзиной их продолжали называть арзамасскими кличками. Невысокий каменный дом с полукруглым окном в центре сохранился до наших дней на Гагаринской улице (ныне № 16).
С салоном президента Академии художеств А. Н. Оленина Пушкин был также связан еще до южной ссылки. Оленин проживал на Фонтанке, у Семеновского моста, в большом доме (ныне № 101) с верандой, опиравшейся на колонки, с фронтоном и характерным для эпохи полукруглым окном в верхнем этаже. В доме А. Н. Оленина поэты и драматурги читали свои произведения. Здесь раздавались роли артистам. Художник Гонзаго писал декорации. В этом салоне некогда встречались «беседчики» с «арзамасцами». В доме Оленина Пушкин в 1819 году познакомился с А. П. Керн. После своего возвращения в Петербург поэт бывал у Олениных и в их загородной мызе Приютине.